версия для печати

Годовщине Великой Победы посвящается
Вот уже сорок один год в городе Красный Луч Луганской области действует клуб «Подвиг», являющийся хранителем памяти и о тех, кто сражался на Миус-фронте, и о тех, кто не покорился гитлеровским оккупантам. Сегодня его бессменный руководитель - журналист и краевед Николай РОМАНОВ гость нашей газеты.

- В 1967 году республиканская газета «Комсомольское знамя» объявила конкурс на лучший поход молодёжи по местам боевой славы от Путивля до Карпат, - рассказывает Романов. - И мы в нём победили. В те годы на Миусе создавался мемориальный комплекс боевой и трудовой славы шахтёров, занявший второе место на Всесоюзном конкурсе монументальных работ, в городе действовал отряд следопытов, а горком комсомола решил организовать мотопоход по местам боёв Шахтёрской дивизии. В этом нам активно помогало руководство треста «Краснолучуголь» (ныне – в составе комбината «Донбассантрацит». - Прим. авт.): кому-то переставили смены, или предоставили отпуск, выделили транспорт. Стартовали на первомайской демонстрации, прошли Крым, Кавказ и финишировали в День Победы у мемориала на Миусе. Я был комиссаром этого похода, написал репортаж о нём и опубликовал его в «Комсомольском знамени».

- Николай Данилович, как возник клуб «Подвиг»?

- В те годы я работал в горкоме комсомола, организовывались группы следопытов, пытались создавать музеи. Дело на первых порах не очень получалось: чтобы знать, куда вести, надо знать, куда идёшь сам, иначе результата не жди. В конце 1968 года директор Дворца пионеров Людмила Щебетовская, видя, что я пытаюсь что-то делать, предложила мне вести туристско-краеведческий кружок, она знала, что если возьмусь за что-то, то дело будет сдвинуто с мёртвой точки: до этого занимался отрядами дзержинцев, и о них заговорили. Кроме того, в 1965 году мы создали единственный тогда во всём Донбассе лагерь труда и отдыха на общественных началах и принципах самоокупаемости, его начальником был Сергей Кацура, ставший впоследствии доктором экономических наук. Уговорила, начал заниматься кружком командиров следопытов подвига (так он тогда назывался), хотел подготовить младших инструкторов по туризму, чтобы люди могли вести других по местам боёв. Своё название клуб получил из-за нашей журналистской вседозволенности: прошло несколько занятий, и нам позвонил корреспондент того же «Комсомольского знамени», которому срочно требовался материал. Спустя несколько дней прочёл заметку, начинавшуюся словами «Исполнился ровно месяц краснолучскому клубу «Подвиг...».

- Несколько раз в год у трассы Красный Луч — Луганск, между Ивановкой и Малониколаевкой, зажигаются факелы...

- Для сохранения памяти о героях не нужно ничего, кроме сердца! И ещё желание, а средства найдутся, много их не надо: консервная банка, ветошь, солярка - вот и готов факел. Глыбы для памятников брали в карьерах, их директора с удовольствием отдавали и отдают нам негабарит, который не проходит в дробилку. Камень, которым вымостили площадь у мемориала, находили в балке.

Сейчас у нас два основных мемориала, расположенных по соседству, братская могила и партизанская стоянка. 23 февраля, 29 мая и на День Победы там зажигаются факелы. На месте последнего боя Ивановского партизанского отряда мальчишки и девчонки своими руками поставили камень, высекли на нём надпись, выложили площадь, восстановили землянки, высадили кустарник в форме лавровой ветви славы. Этот памятник-музей мы открыли 29 мая 1970 года. Монумент в виде звезды над терриконом на братской могиле погибших в боях за освобождение Донбасса появился спустя десять лет - 3 мая 1980 года, в его создании большую помощь нам оказали предприятия города.

- Клуб «Подвиг» обладает не только многотомной летописью, но и регулярно издаёт Боевой листок...

- Сколько видел школ, везде стенгазеты делали огромные, но при этом скучные и пустые. А у нас заканчивается рабочий день, приходят ребята из музея на обед, а тут уже висит Боевой листок с зарисовками о том, кто как работал, для него наши ребята научились даже фотографии в лесу делать! Это было интересно, оживляло жизнь.

- Сколько человек прошло через клуб?

- Не знаю даже, как ответить на этот вопрос. Как считать: тех, кто написал заявление и больше в клубе не появился, или тех, кто, не имея удостоверения, десять лет приходит каждые выходные и работает? Я ввёл такую форму, как дневник: пришёл в лес - запишись, уходишь - напиши своей рукой, что сделал. Потом открываешь тетрадь смотришь: в таком-то году на партизанскую стоянку приходило четыре тысячи человек. Но три тысячи - только один раз, ещё девятьсот - два раза, ещё полсотни - три раза и только единицы - несколько десятков раз.

- Наверняка среди членов клуба уже есть и внуки первых его участников...

- Да. Один из них, поступая в военное училище, написал сочинение про партизанскую стоянку. Проверяющие вызывали его родителей, после чего уважение к парню выросло моментально.

- Приходилось ли заниматься теми, кого называют «трудными подростками»?

- Это вопрос, который страшно не люблю. Кого считать трудным, а кого - нет? Правильно ли нашу энергию используют старшие? Не лучше ли будет создавать условия, в которых подростку не захочется заниматься глупостями? Например, с одним парнем мы познакомились на комиссии по делам несовершеннолетних: его уже хотели отправлять в спецшколу, но нам удалось отстоять его. Когда он пришёл в клуб, то хулиганство оказалось ему ненужным: он хотел быть полезным, проявить свои организаторские качества, и здесь такая возможность представилась.

- Ведёт ли клуб поисковую работу?

- В долине Миуса для поисковиков работы немного: из-за специфики боёв неучтённые потери здесь были редкостью, кроме того, местность населённая, посёлок от посёлка находится чуть ли не на расстоянии вытянутой руки. Иногда погибших солдат хоронили в усадьбах, но эти захоронения всё равно были учтены, однако потом они оказались забыты. А вот в районе Ивановки есть большая вероятность обнаружить ненайденные останки: там, если кого-то во время боя присыпало в окопах, это могли и не заметить. Например, поле, на котором мы установили мемориал, до 1979 года не распахивалось. Оно много лет было заминировано, после войны там долго оставались битые танки.

Что касается нас, то наша цель прежде всего воздать память, поисковой работой занимаемся в меньшей мере, так как она требует особого умения обращаться с находками. Однажды под Ивановкой мы нашли солдатский медальон, и я его сразу отобрал у ребят. Криминалист в городском отделе милиции с трудом прочитал находившуюся в нём записку. А если бы вскрыли самовольно на улице, у нас бы пропала возможность установить имя бойца.

- Что больше всего беспокоит?

- Землянка - это яма, накрытая деревом, поэтому обновлять конструкции приходится постоянно. Однако наши экспонаты не только природа разрушает, но и люди уничтожают! Чтобы продлить жизнь землянок, мы их застилали сверху транспортёрной лентой, установили металлические несущие опоры. Так вот, мародёры и эту ленту вытаскивали, и рельсы с трубами, составляющие основу стен.

Когда-то у нас возле мемориала была деревянная рубленая изба, и её сожгли какие-то мерзавцы. Потом на её месте построили капитальное здание, там хранили инструменты, оборудовали зимние квартиры для ночлега, провели электричество, установили водяное отопление. Рядом построили что-то вроде летнего кафе. Этот дом сейчас уже не функционирует: его несколько раз поджигали и даже пытались взорвать. Хотели восстановить, но нет уверенности, что его снова не сожгут.

Беседовал Александр ДМИТРИЕВСКИЙ

Обсудить на форуме