версия для печати

Чавес имел в виду государство инков, где действительно отсутствовало понятие частной собственности, а материальные блага более-менее справедливо распределялись среди всего населения, вследствие чего не было ни нищеты, ни голода. Все "прелести" западной цивилизации в Южную Америку принесли в шестнадцатом веке испанские конкистадоры. После чего на территории разрушенного ими "государства Солнца" воцарились дух наживы, беспощадная эксплуатация и вымирание миллионов коренных жителей.

У славян, особенно восточных, дольше чем у других народов Европы, продержались патриархальные отношения и вечевая демократия. Династия Рюриковичей (независимо от своего происхождения: то ли от скандинавов, то ли от балтийских славян) постепенно выкорчевывала эти признаки ранней демократии. Но на это ушли века. Потребовалось истребить под корень все местные династии, защищавшие старые порядки. Как это произошло, к примеру, в Древлянской земле, жители которой называли собственных князей добрыми пастухами, а охотника до чужого добра киевского князя Игоря Рюриковича - "волком". Новгородцам и псковичам в конце концов удалось установить у себя республиканский строй. Суздальским и московским князьям еще долго досаждали "мужики-вечники" из поволжских городов.

А было ли что-либо подобное на Юге Руси? Если судить исключительно по сохранившимся официальным летописным сводам, то - нет. А на самом деле?

Можно ли доверять летописцам?

Как утверждал киевский исследователь Г. Ивакин в своей работе "Киев в ХIII-ХIV веках" (К., "Наукова думка", 1982 г.), советская историческая наука полностью опровергла устаревшее мнение о полном запустении Киева и Южной Руси после нашествия Батыя. Киев на протяжении всего ХIII века оставался крупным торговым и церковно-административным центром, продолжал влиять на политическую и идеологическую жизнь страны, был местом, где рукополагались епископы, жили митрополиты.

А вот о киевских князьях конца ХIII - начала ХIV веков практически нет сведений. Причем Золотая Орда Киевом и прилегающими землями непосредственно не управляла. Назначение же сначала Ярослава Суздальского, а потом Александра Невского киевскими князьями было чисто символическим: ни тот ни другой в Киеве так и не побывали и наместников своих туда не назначали. Авторы летописей сообщают лишь скупые сведения о некоем Иване-Владимире, якобы правившем одно время Киевом. Но кто он и откуда - неизвестно.

Сплошной туман и по поводу времени вхождения Киевщины в состав княжества Литовского. Путаются западнорусские летописи (Быховца, Рачинского, Густинская и т. д.), не вносят ясности и польско-литовские хронисты, называя различные даты: от 1321 до 1363 года. Многие противоречия и анахронизмы в трудах Длугоша, Меховского и Стрыйковского позволяют говорить об их недостоверности. Упоминаемые в них князья либо неизвестны по другим источникам (Станислав Киевский, Олег Переяславский), либо относятся совсем к другому времени (Лев Луцкий, Владимир Владимирский) и Киевом никогда не управляли.

Союз республик вечевых?

Скорректированные соответствующим образом летописи представляют дело так, будто до пришествия Рюрика у восточных славян не было не только единого государства, но и городов. Судя по летописным рассказам, они словно грибы вырастали из небытия по пути следования северных воителей "из варяг в греки". Не отсюда ли и сегодняшняя традиция поклоняться всему варяжскому - иноземному?

Однако, как писал академик Борис Рыбаков, "летопись знает то, чего не было, и не знает того, что было". Сам он склонялся к мысли, что до Рюрика на Руси правила династия Киевичей, потомков легендарного Кия, а городов по крайней мере с 200-300-летней историей у славян на момент установления варяжской власти было уже несколько десятков: Киев, Чернигов, Червень, Смоленск, Полоцк, Ростов Великий, Суздаль, Дедославль, Муром, Белоозеро, Старая Русса, Новгород, Псков, Изборск, Ладога (Невоград) - всех и не перечесть...

В целом соглашаясь с антинорманнской концепцией Рыбакова, известный географ и историк А. Членов считал, что в доваряжской Руси сложилось уникальное по тем временам государственное устройство: федеральное объединение полутора десятка русских земель, которые более поздний летописец именует "племенами". Каждая из этих федеральных земель управлялась собственным вече, располагала конной дружиной витязей, возглавляемых князем, исполнявшим роль вождя военного времени, а в случае необходимости выставляла ополчение из своих свободных граждан. Феодально-крепостнического гнета ни одна из этих земель не знала. На случай большой войны силы объединялись (например, для похода на Царьград при последних Киевичах - Аскольде и Дире). Таким образом, приматом социально-политической жизни доваряжской Руси было народовластие в форме вечевой республики. А само государство было не чем иным, как союзом вечевых республик.

Рюрик же и его соратники сумели нанести "точечные удары" по важнейшим центрам федерации - Новгороду и Киеву, а затем уже по отдельности "примучивали" оставшиеся земли: Древлянскую, Северскую, Угличскую и так далее. Процесс этот затянулся почти на три столетия, когда уже во времена Владимира Мономаха окончательно была ликвидирована свобода Вятичской земли.

Создание державы Рюриковичей весьма напоминает завоевание норманнами англо-саксонской Англии и также сопровождалось многочисленными восстаниями, партизанскими действиями. Жаль, что имена славянских Робин Гудов не дошли до нас - всё летописание строго контролировалось княжеской властью, откуда изымалась неугодная ей информация.

Не правда ли, очень похоже на нынешнее переписывание истории, когда имена истинных героев изымаются из обращения, а вместо них превозносятся коллаборационисты и бандиты?

Память о прежних, гораздо более справедливых, порядках и вечевой вольнице была глубоко укоренена в народном сознании. Стоит ли удивляться тому, что, когда власть Рюриковичей ослабла, народ попытался избавиться от них и вновь вернуть себе власть и свободу.

Надо отметить, что никакие завоеватели в домонгольский период не принесли больше горя и страданий русичам, чем их князья-Рюриковичи, веками лившие русскую кровь в междо-усобицах.

Правда, в годину Батыева нашествия северные князья - рязанские, суздальские, ростовские - спасли свою честь хотя бы тем, что полегли в боях с врагом. А вот южная ветвь их родичей, по-видимому, окончательно деградировала: при одном известии о приближении татар и Михаил Черниговский, и Даниил Галицкий без оглядки бежали на Запад, где и отсиживались до тех пор, пока не стихла батыева гроза.

Их "благодарные" подданные, оправившись после татарского погрома, решили что обойдутся без таких защитничков. Когда оба князя захотели вернуться, то ни Михаила, ни Даниила киевляне в город не пустили. Более того, жители Киевщины, Переяславщины, Подолии и части Волыни сумели договориться с татарами. За сравнительно небольшую дань, состоявшую в обеспечении фуражом татарской конницы, они получили от Батыя право на внутреннее самоуправление и гарантии от призыва южнорусских контингентов для участия в походах ордынцев.

"Революционеры", восстановившие вечевую демократию, предпочли постоянную грызню между удельными князьями пребыванию в имперской системе Золотой Орды на правах самоуправляемой территории. Событие по тем временам, прямо скажем, революционное.

Странным кажется, что мимо этих событий прошли почти все советские историки, за исключением Льва Гумилева, уделившего в своей работе "Древняя Русь и Великая Степь" целую главу о восстановлении вечевого строя и защите его от "крестоносцев" Даниила Галицкого. Фактически он выступал в интересах католического Запада, который призывал к крестовому походу против татар и "людей татарских", т. е. тех же вечевых республик, сложившихся на освободившихся от княжеской власти территориях.

Западники на зов не откликнулись, хотя Даниила поддержал папа римский. А действия самого князя вылились в кровавые карательные экспедиции, в результате которых были совершенно опустошены Побужье, земли по Случи и Тетереву. О силе отпора можно судить по факту, приведенному тем же Грушевским: город Бакоту, который защищал опытный военачальник Мылий, пришлось покорять неоднократно. Население истреблялось либо угонялось в рабство. Некоторые местности, в частности в Подолии, были опустошены так, что жизнь там возобновилась лишь спустя несколько веков...

Цели своей - подчинить Среднее Приднепровье - Даниил так и не добился. Лишь в середине ХIV века это сделал литовский князь Ольгерд, разбив южнорусские дружины и повсюду насадив своих наместников. Так Киев перестал быть матерью городов русских.

Василий СЕМЕНОВ, собкор "ДКР"